01 октября 2015  |  6664

Андрей Павлов: «Государство должно запретить магазинам в ТРЦ работать допоздна»

CRE Retail № 30 / октябрь 2015 Екатерина Реуцкая
share tweet поделиться Email
Нужно, наконец, перестать помогать развиваться малому торговому бизнесу в том виде, в котором он существует, и обратить внимание на производство, считает Андрей Павлов, президент компании Zenden.

- Вы начинали в 1995-м с оптовых продаж обуви. Что было до этого?
- Знаете, особенно рассказывать ведь и нечего.

- Однако почему в итоге — обувь?
- Так получилось. Могла быть одежда, но получилась обувь. Никакого объяснения этому нет. Так вышло.

- Что было до обуви?
- Армия. После армии... Тогда все деньги зарабатывали на рынках. Я начинал в Лужниках. Ничего интересного, уверяю вас. Я вообще девяностые вспоминать не хочу. Ужасное, ужасное было время.

- Никакой ностальгии?
- Надо иметь короткую память, чтобы то время с теплом вспоминать. Уничтожается Россия, сотни тысяч людей погибают в Чечне, вымирает страна, чудовищный демографический кризис, в два раза снижается рождаемость. Страну насилуют, как сейчас Украину. Вот Украина сейчас - это Россия девяностых.

- Украина до известных событий имела все-таки двадцатилетний опыт рыночной экономики и жила при условном капитализме.
- И что, сильно помогло? Так что возвращаться в девяностые, ностальгировать по ним я не намерен. Да и вернись, скажем, я туда сейчас, в свои сорок лет, ничего бы там тоже изменить не смог. Да меня бы застрелили на третий день в те времена. По моему мнению, человек может быть счастливым только в сильном государстве.

- С чего началась именно компания Zenden?
- Начали в Лужниках торговать обувью. Потом стали производить ее в России, купили фабрику, построили новую. На той, которую купили, увеличили в два раза производительность. Развивались, активно наращивали оборот.

- Собственная розница — это было принципиальное решение?
- Это же не сразу получилось. До 2005 года восемь лет мы занимались только оптом и производством, и лишь потом открыли первый, второй, третий магазин. Розница, кстати, тогда была всем интересна, в отличие от производства, которое было практически бессмысленным. Таможни ведь не существовало фактически, вези, что хочешь и сколько хочешь, а производство облагалось высокими налогами.

- Вы же помните открытие своего первого магазина в Великом Новгороде? Того, про который вам сказали, что на второй день спалят?
- Великий Новгород был тогда криминальнейшим городом, даже Кавказ отдыхал на его фоне, что-то страшное там происходило. И вот мы туда идем, там же мои корни, открываем магазин. Огромный, 400 метров, там не было такого, конечно же. И к нам несколько дней стоят очереди, на сотни метров.

- С кем вы тогда конкурировали?
- А ни с кем. На рынке обуви работали десятки тысяч игроков. И не было прямого большого конкурента. Сегодня, кстати, не слишком все изменилось, ни в одном сегменте - от среднего минус до премиум - такого игрока нет. В технике, в продуктах питания - сколько угодно. В обуви - нет. Думаю, дело в том, что в fashion вообще сложнее собрать компанию-гиганта федерального масштаба. Ну и серость рынка, конечно, не забывайте об этом.

- Однако сильных компаний хватает. Кто они? Китайцы, турки, белорусы?
- Мы не со странами, наверное, конкурируем, а с сетями. «Центробувь», Kari.

- Вы же в итоге закрыли фабрики. Привозить интереснее?
- Не то чтобы интереснее... Интереснее как раз производить, создавать. и закрылись мы не потому, что развили розницу или еще что-то там, а вот именно - не было никакого экономического смысла производить. Для фабрики существует куча требований - раз. Проверки постоянные, всевозможные штрафы - их можно половником хлебать. В торговле же этого нет. В итоге что получается? Тот, кто покупает в Китае, Турции, Европе, не имеет никаких сложностей и находится более выгодном положении, чем тот, кто производит в России. У государства многие годы не было внятной промышленной политики, оно поддерживало ритейл, а надо было поддерживать производство. Наконец-то сейчас наметились сдвиги в этом направлении, и лично мы сразу же захотели вернуться в производство. Мы очень, очень хотим заниматься производством. Вот в Крыму появилась такая возможность - и мы, недолго думая, открыли фабрику.

- И это в то время, когда российские ритейлеры и девелоперы говорят о Крыме шепотом? Я делала три материала по Крыму. Самое мягкое, что отвечали 70% собеседников в Москве и Петербурге: ну ты же понимаешь, мы сейчас скажем, что нам Крым интересен, и потом не отмоемся, западные партнеры нам не простят, банки не дадут кредиты, поэтому для нас Крыма как бы нет.
- А, вот вы о чем. Нет, мы спокойно туда идем. Что тут такого? Крым - это Россия, давайте уже признаем все. Там живут люди. Им какие-то безобразники устроили блокаду.

- Какой у вас, кстати, уровень закредитованности?
- Достаточно спокойный и безопасный. Конечно, мы привлекаем кредиты, поскольку развиваемся.

- А инвесторы?
- Нет-нет. Они вот не нужны точно.

- Давайте поговорим о том, как изменился за эти десять лет ваш покупатель.
- Знаете, скорее не покупатель изменился, а рынок. Раньше ты открывал магазин в любом городе, и у тебя практически не было шансов ошибиться. Сейчас даже в маленьких городах заняты все ниши, сложно войти.

- Чем берете?
- Товаром, сервисом, местом. Не угадал с местом - получи неуспешный магазин. Заказал не ту коллекцию - спад в продажах. Но, знаете, мы в любом городе чувствуем себя хорошо. Кстати, если о покупателе, то он стал чаще покупать обувь из современных искусственных материалов - кеды, текстильная обувь. Раньше все хотели кожу. Пусть туфли будут страшненькие, но зато кожаные. Сейчас не так. Или вот еще: сказали бы мне 10 лет назад, что такая обувь, как угги, будет продаваться с успехом в России, я бы не поверил. Это же даже не обувь по нашим ГОСТам, у нее нет подноска, пятки. А вот покупают же.

- Сейчас вообще кто-то следует ГОСТам в вашем сегменте?
- Наши технологи на это смотрят. ГОСТы для детской обуви, например, необходимы.

- Вот вы думаете о том, что заказывать для лета-2016, например. С чего начинаете?
- Сначала берешь последнюю историю продаж, потом смотришь новые тенденции, потом на кофейной гуще гадаешь, какой будет курс и цены (улыбается).

- То есть, едешь на итальянские выставки и потом заказываешь китайцам.
- Ну, знаете, китайцы намного больше новых моделей сейчас создают, чем итальянцы. Конечно, они постоянно ловят, отслеживают последние мировые тренды. У них уже тысячи своих дизайнеров, очень креативных. Потом есть еще производство в Турции, Бразилии, России.

- В России на фоне роста курса валют заказывать становится выгоднее?
- Это сложный вопрос. Понятно, что в нашем сегменте курс имеет определяющее значение. Если плановая инфляция в стране 11% по этому году, то обувь должна вырасти пропорционально доллару. У нас цены выросли от 20 до 50%. По второму полугодию маржа упадет более чем на 5%, но по выручке в рублях мы растем. К нам, кстати, пришли покупатели из других сегментов.

- Из Rendez-vous?
- В Zenden продается достойная обувь, красивая, качественная, кожаная. Когда у нас была своя фабрика, мы производили больше комфортной обуви. Но последние пять лет продаем намного больше модной, каблучной обуви. Средняя цена пары - 2000 рублей. А есть обувь и за 5 и за 7, и за 10 тыс. рублей. Мы не продаем ничего, кроме обуви. Ну, почти ничего. У нас есть немного обувной косметики, аксессуаров, но в целом распыляться не хотим. Только обувь. Кстати, вот смотрите, сейчас на 40% уменьшился ввоз обуви в Россию. И это тоже прекрасно, потому что на обувном рынке последние годы шла просто дикая война, никто не зарабатывал, все ставили на витрину туфли по 390 и 490 рублей. Что в этом хорошего?

- В самом деле, ничего. Пусть теперь эти же туфли продаются по 3000.
- Избыточная конкуренция тоже убивает рынок. Среди больших сетей она действительно была избыточной, и плюс еще серый рынок. И ценовые войны, в которые мы, кстати, не ввязались, приводят к тому, что падает качество ввозимой обуви в целом. Потому что сегодня вы должны привезти туфли за 590, завтра за 490, послезавтра за 390, а потом за 190. что получает потребитель? Правильно, кошмарный ширпотреб.

- Не было ли у вас на этом фоне желания выйти в более высокий сегмент?
- Что мы называем более высоким сегментом? Туфли за 5 тысяч или за 25? Но за 25 тысяч - это ниша итальянская, пусть эти ребята занимаются. Мы свои планы по более высокому сегменту сегодня реализовываем, вывели на рынок две новые марки - Borgezze и Anna Maniani. Да и в своем сегменте постоянно улучшаемся, стараемся привезти более качественную обувь - в среднем и среднем минус. В Zenden есть прекрасная обувь, красивая и удобная, из хорошей кожи, с более легкой подошвой.

- Сейчас покупатель постоянно ищет, где лучше. Как на этом фоне его удерживаете вы?
- Конечно, у нас есть программы лояльности, карты, скидки. Но в кризис, с этим всем намного сложнее играть, потому что к нам постоянно приходят клиенты от разоряющихся конкурентов или из более высоких сегментов. И нам нужно сделать им лучшее предложение, дать справедливую цену. При таком подходе для скидок практически не остается возможности. Мы не ввязываемся и в гонки распродаж, которые уже почти год - во всех ТРЦ. Это вредит рынку. С одной стороны, конечно же, очищает его. Но с другой - как мы можем конкурировать со всеми этими многочисленными ИП, если они почти не платят налогов, по сути, живут в безналоговой зоне? Каждый должен что-то принести в бюджет. Эти не несут. А ведь государство отправило миллионы людей торговать, предоставив им дополнительные льготы при налогах, стремящихся к нулю.

- Отчего же. ИП платят налоги.
- Не смешите меня. Это копеечные суммы. С любым ИП беседуешь - просто картину маслом получаешь. - «Ой, они там обнаглели, у моей мамы 12 тысяч, очень маленькая пенсия. А хорошо бы тысяч 25-30». - «А сколько ты платишь налогов?» - «Ой, туда-сюда, пять тысяч». Ну, так ты сначала заплати, а потом требуй маме нормальную пенсию. Вот торговый сбор ввели, все истерили. Да слава богу, что повышают. Государство должно зарабатывать. Это еще один барьер на пути неэффективного, неумелого бизнеса.

- Может быть, сначала оно должно дать работать?
- Да оно дало уже такие льготы малому бизнесу, о которых нигде в мире и не мечтают. Большие льготы, ЕНВД, УСН во многих регионах не 6, а 3% с оборота. Вы знаете, почему рынок недвижимости у нас столько лет перегрет? Да потому что там есть большой донор - ИП. Все льготы, которые им дает государство или они получают за счет серых схем, торговый малый бизнес относит арендодателю. Последний потирает руки, его сегмент растет, все хорошо. Ну а потом еще приходят так называемые западные якоря, им дают аренду три копейки - они ж трафик генерируют, а такие, как мы, платим за себя и того парня.

- Вы категорически не работаете с франчайзингом. Почему?
- Не остается ценового зазора. Наша цена справедливая - мы не накручиваем лишнее на обувь, и в итоге нет дельты для франчайзи по заработку.

- У вас ведь есть собственный торговый центр и, вероятно, свои рецепты, как жить в новых реалиях не только ритейлерам, но и девелоперам.
- Один из важнейших моментов - принять закон о времени работы магазинов. Ритейлеры - во всяком случае, если это не гастроном - не должны работать 12 часов в сутки! У кого есть желание в 21:45 купить обувь? Да почти ни у кого. Вот вы же в Европу ездите, как в Германии работают магазины? До 19:30. А зачем мы себе навязали такую культуру потребления - чтобы магазины до 22:00 работали? Это только вгоняет страну в дальнейшие проблемы. В идеале магазины должны работать с 11 до 21. Потом надо домой идти, к детям, в семью, спортом заниматься. Как может работать детская развлекательная зона в ТРЦ до десяти, если в десять ребенок должен спать?! А расходы на электричество, на зарплаты сотрудников и охранников?! Вместо того чтобы идти домой, они терпеливо ждут последних посетителей, которых, заметим, зачастую гораздо меньше, чем сотрудников ТРЦ.

- Вы же понимаете, что это конкурентное преимущество, никто из собственников просто так от него не откажется.
- Потому что тяжело договариваться, но такого быть не должно. Вообще много чего не должно быть, и нужно запретить это на законодательном уровне. Не обо всем можно договориться. Вам нравятся продукты с ГМО? Наркоманы? Раньше наркоман - это шок был для всего города. А сейчас - ха-ха, наркоман пошел, ой, колбасит его, смотрите, ха-ха. Человек погибает, а все «ха-ха» вокруг. Давайте теперь страна вымрет, будем соблюдать privacy дружно. Вот ввели материнский капитал - и повысилась рождаемость. И с торговыми центрами - та же история. Только законодательно это можно решить - и запретить работать до 22 часов. Вы подумайте сами: большинство ТРЦ еще и не разрешают до закрытия заниматься регламентными работами. И вот этот несчастный продавец сидит до десяти, потом принимает товар, потом к полуночи едет домой с риском получить по голове от того же наркомана - вам его не жалко? Его семью? А я еще и доплачиваю за то, что он ничего не продает в этот момент, а просто сидит, создает «конкурентное преимущество» девелоперу. Конечно, когда рядовой покупатель слышит, что магазин будет работать на час меньше, то сразу вспоминает, как год назад купил в десять вечера ботинки - как же так, они теперь раньше закроются? Но если он будет знать, что магазин работает до девяти, то приедет туда просто к восьми и все успеет. В Германии в год покупают 6-7 пар обуви на человека, а у нас 2-3. Там магазины закрываются на два, три часа раньше, а мы работаем до ночи. От принятия одного закона - экономия сотни миллиардов рублей в рамках страны.

- Другой уровень доходов, другой менталитет, другой рынок.
- Так вот с нашим уровнем доходов и двумя ботинками в год точно не нужно ночами работать. Вот пример: в городах с населением 200-300 тысяч человек ТРЦ обычно работают до девяти, в воскресенье - до восьми, отдыхают на Пасху и Рождество, и наша выручка там не отличается от городов-миллионников, где все работают до десяти. Но вы правы: ни один ТРЦ в городе-миллионнике на час меньше работать по своей инициативе не станет, потому что конкуренты на пятки наступают. Закон нужен, только закон. Никто сам по себе договариваться не будет. Вот завтра возьмут и отменят ПДД, и все будут «договариваться» на дорогах. Вам не страшно станет ездить?

- Мне и сейчас страшно.
- Вот, вы меня понимаете, наверное. Я с удовольствием езжу по дорогам с ограничением 80 км/час. Потому что знаю, что на этой скорости риск попасть в аварию с летальным исходом минимален. И, напротив, я часто с ужасом езжу по автобану, потому что там разрешено 110, а летают все за 130. И «договариваться» никто не хочет. Так же и в торговой недвижимости. Примите закон. И самое важное, повторюсь, - страну вообще нужно продолжать выводить из состояния многолетнего базара. Раньше 80% работающего населения было занято на производстве и 20% - в услугах, сейчас наоборот. Это неправильно. Мы живем в коконе, теряем производственные навыки. А потом раз - и война пришла, как сейчас, экономическая. Но хочешь мира - готовься к войне. Каждый день и час.

- Тогда почему растут цены на местные продукты?
- Растут - и отлично! Дайте колхозу и местному производителю заработать денег. Это наши соотечественники, их долгие годы держали в черном теле. Они зарабатывают и развиваются, вместе с ними страна идет вперед.

- Давайте не будем лукавить. За исключением локальных фермерских проектов, представленные в стандартном магазине в Москве, скажем, российские сыры не выдерживают никакой критики.
- Не согласен. Шикарные, шикарные есть сыры. Нальчик, Владикавказ делает, сотни инвестпроектов сырных. У меня вот на столе сейчас ничего импортного нет. Вино, мясо, сыр - все наше.

- Вы этому так рады?
- Я рад, что появляется российское.

- Но в некоторых сегментах ведь просто не осталось качественных продуктов. Ноль конкуренции, можно в условном «Магните» продать все — пластмассовый сыр, маргариновое масло. Особенно в Москве.
- Конкуренция, говорите. А я вам скажу, какая у нас конкуренция. Приходит сеть - западная, и ей дают в ТРЦ ставку 5% от оборота. А вы, говорят нам, будете платить 15%, потому что можете себе это позволить. И вот это - конкуренция? Это убийство российских сетей. Конечно, в это время западным хорошо, у них дешевые кредиты, деньги в Европу уводят, мы за них платим аренду, по сути. Хорошо, что сейчас отношение потихоньку меняется, девелоперы понимают, что происходит. Я, кстати, проводил исследование. Вот есть ТРЦ, где стоят все эти западные сетевики и типа генерируют трафик. И стоит другой ТРЦ - без них, но с хорошим местом, концепцией, руководством. Так этим последним задаром никакие западные сетевики не нужны, там и так есть люди, трафик. Прошли времена, когда к ним очереди стояли, они остались там же, где очереди на всю улицу в Zenden. Когда-то мы размещались в ТРЦ рядом с мировыми брендами, даже себе в убыток - работали на имя и содержали эти точки за счет магазинов-доноров. Сейчас перестали, мы не входим в сомнительные проекты. Некоторые сети же продолжали это делать, и имеют миллионные суды, банкротства. В итоге это вредит не только им - доверие подрывается ко всему сегменту. Банки, производители - они тоже следят за ситуацией. Вот смотрите. В условном городе M есть сеть ТЦ, где в каждом из торговых центров пустуют десятки помещений. При этом на запросы об аренде торговых площадей нам отвечают: обувные магазины должны платить не меньше 25% с оборота. Ребята, но для этого надо обувь привезти в обход таможни. Продав ее, уйти в кусты от НДС, зарплату работникам платить в конверте. Легко только с налогом на прибыль. Нет прибыли - нет налога! Взять в банке кредит и доплатить арендодателю. С таким подходом десятки российских сетей уже ушли в глубокий минус или просто обанкротились. Сейчас, дай бог, рынок недвижимости остановился в росте, вот у нас на Октябрьском поле тут вокруг - немыслимое количество ТРЦ. Кто в них будет торговать? Для кого? Направьте эти деньги на стадионы, культурные центры, новые форматы в коммерческой недвижимости - на этом тоже можно зарабатывать, только не так легко.

- Вы готовы к шоковому сценарию в экономике?
- Да. Меня не пугает, честно. Импорт запретят? Да сразу тут фабрики построят. Ну и потом, Китай останется, а Китай лично меня интересует больше, чем Европа, потому что Европа почти все производит тоже там. Да если государство убрет льготы из ритейла, малого бизнеса и направит их в производство, ВВП будет расти гигантскими темпами! Получается ведь как? В производстве, где конкуренция мировая, где тебя заткнет за пояс любой китаец или вьетнамец, налоги огромные. А в услугах, где мировой конкуренции нет, не приедет завтра китаец стричь людей, - там льготы. А в это время страна валится без производства. Практически ничего торговый малый бизнес не дает России. Рабочие места? Да пусть на фабрику идут или налоги платят.

- Не все, знаете ли, хотят идти на фабрику.
- Конечно, все хотят быть бизнесменами, писать на визитке «учредитель». Но хватит уже торговать, ребята, пойдемте работать. Никто не хочет лечиться у врача с образованием две недели, но при этом не понимает, что предпринимательство - это такая же серьезная работа, как лечить, водить автобус. Предприниматель отвечает за сотрудников, качество своих услуг и товаров. Все хотят стать ИП, получить кредиты и документы в одно окно, но вдруг неожиданно разориться и хлопать глазами. За мои и ваши налоги, между прочим. А мы на Zenden в это время стонем от проверок, документы возим вагонами.

- Думаете, малый бизнес не проверяют?
- Знаете, у меня тоже есть ИП - одежный магазин, просто для опыта, изучения рынка. Никто ко мне не приходит, никому ничего не надо, никому я не нужен. Копеечный налог плачу и красота.

- Вы открыли собственный военно-патриотический лагерь под Великим Новгородом, в Заручевье. Зачем?
- Не совсем верно так говорить - открыл собственный лагерь. Это же не построить дачу в деревне. Лагерь принадлежит детям, как ни банально это звучит. За три месяца и пять смен через программу прошли почти 400 человек, для местных ребят участие было бесплатным. Да и только лагерем мы не планируем ограничиться. Это целое направление возрождения деревни, которое началось для нас с деревни Заручевье Поддорского района. Понимаете, мы осознаем, что теряются целые поколения. В Москве, наверное, в меньшей степени: больше кружков, центров, возможностей. А в деревнях у детей, кроме соцсетей, ничего и не остается. Раньше во дворах встречались, марками менялись. Сейчас в интернете всякой фигней меняются. Вы бы видели, что дети друг другу пересылают. Если с ребятами не заниматься, дальше все очень понятно: плохая компания, алкоголь, наркотики. У меня половины одноклассников уже нет в живых, а ведь наше поколение еще было совсем другое. Поэтому моя задача - приглашать ребят в наш лагерь и говорить с ними обо всем: о героях России, об отношении к родителям, к женщине, друг к другу. Говорить о патриотизме. И не только говорить - учить, показывать на занятиях, на личных примерах. Кроме лагеря, сейчас организуем военно-патриотический клуб на базе школы, планируем открытие Учебного центра. Зачастую в глубинке все держится на энтузиазме: не хватает денег, людей. А иногда достаточно одной смены военно- патриотического лагеря - и дети начинают меняться, у них глаза становятся другие, и в соцсетях они уже не про «Дом 2» переписываются. Вот это, а не торговые центры с детскими зонами до десяти вечера, главное в жизни. 

СПРАВКА
Андрей Павлов, основатель и президент компании Zenden.
В 1995 году создал компанию, специализирующуюся на производстве и оптовой торговле обувью. В 2005 году открываются первые розничные магазины, где на полках были, в том числе, собственные торговые марки - Zenden, Instreet, Quadrocomforto. Сейчас сеть Zenden представлена в 101 городе России, где работают около 200 магазинов; открыты официальные представительства Zenden в Турции и Китае. По результатам исследования Retailer Russia ТОР-200, торговая сеть Zenden вошла в тройку лидеров по динамике роста среди fashion-сетей России в 2013 году.

share tweet поделиться Email
Подпишитесь на новости
Свежий номер